– Кир! – воскликнул капитан. Он бросился к пульту, перебирая руками по губчатой штанге, необходимой в условиях невесомости.

Но Пётр Голубничий ошибся. Это была до невероятности искажённая радиограмма от Энквена. С огромным трудом капитану удалось восстановить текст:

«…Кир пропал… Я также гибну… Следов капитана Владимира не обнаружено… Энквен…»

– Что ты принял? – спросил штурман, повернув лицо на звук, издаваемый пультом.

Капитан прочёл радиограмму вслух.

– Ну вот и все, – медленно произнёс Алексей.

Мелодия пульта, постепенно замирая, умерла на самой высокой ноте.

– Все, – повторил штурман после долгого молчания.

Когда перед Киром на огромном, слегка вогнутом экране, мягко светящемся розовым светом, стали проплывать то медленно, то быстро вращаясь, правильные геометрические фигуры конусы, треугольники и сплюснутые овалы, – в электронном мозгу Кира родилась великолепная мысль. В сущности, она была очень проста, эта мысль.

«Если алардиане существа разумные – а судя по всему виденному, это несомненно, – мыслил Кир, – то, очевидно, у них обязательно должны иметься отвлечённые понятия, обобщённые образы, как говорил в Зелёном городке человек-воспитатель. Без этого никакое мышление невозможно. Например, у алардиан должно фигурировать понятие „скалы“. Это – не массивные, сглаженные неведомыми силами базальтовые возвышенности. Это – не круглые конусы безукоризненной формы. Это, наконец, не острые кинжальные пики, состоящие из чистейшего алмаза. Нет! Это – и то, и другое, и третье вместе. Это – общее понятие. И такие понятия непременно должны быть у алардиан. Но если это так, то почему нельзя каждое такое понятие связать с каким-нибудь определённым, например, электромагнитным сигналом определённой частоты и продолжительности?»

Фигуры на экране продолжали сменяться. Мозг Кира напряжённо работал.

«Эти самые сигналы и будут служить как бы подобием того, что люди называют словами. А уж если будет достаточный запас слов, – сразу же станет возможным и общение с алардианами».