— Грубо, Иван, грубо, — промычал Авварон, — но в общих чертах верно. Пойдем!

— Только без фокусов, — предупредил Иван.

— Лады!

Иван взял лучемёт, меч, кристалл.

— Это я их сохранил для тебя, — как-то по-холуйски подкатил карлик.

— Спасибо, — мрачно ответил Иван, — я уж всё понял, вам оно и не нужно, у вас своё есть оружие, да посильнее будет этого.

— Это точно, нас этим не возьмешь. Можешь таскать, а можешь и бросить тут, никто не позарится.

— А мохначи? — спросил Иван.

— Мохначи могут утащить. Но откуда они тут возьмутся?

— Нет уж, я лучше не поленюсь, с собой поношу! — сказал Иван тоном, не терпящим возражений.

— Ну, полезли! — карлик указал на окно.

— Туда?

— Только туда, иной дороги нет! Авварон лихо запрыгнул на ветхий подоконник-брусочек, прыгнул наружу…

Иван в точности повторил его движения, боясь ошибиться даже в малом.

Теперь он многое помнил: важно не только знать вход-выход, но и уметь войти-выйти. Чердак? Пыльный, забитый хламом чердак. Настил. Это было там.

И здесь так же. Это общие законы многомерных сложных миров. Они всё предугадали. А скорее, у них накопилась кое-какая информация, собранная теми смертниками, что остались лежать здесь… или воплощены в кого-то — а это, Иван не мог думать иначе, всё одно что смерть. Он встал на подоконничек, боясь, что тот не выдержит и треснет, обломится. И прыгнул наружу — в темень, в холодный ночной лес, прямо под верхушки мрачных деревьев, под мертвецки бледную луну на низком тяжёлом небе.

И не почувствовал земли-почвы. Прыжок оказался затяжным. Лишь через секунду-другую в ноги ударило что-то твердое. Иван удержался, взмахнул рукой и коснулся сырой стены.

— Ты здесь? — спросил шепотом Авварон.

— Здесь, — также шепотом ответил Иван.