Нет, решил Иван, тут надо иначе. Надо ломать кости. Надо бить их смертным боем, без пощады! В очередной раз сбив с толстенных кряжистых ног одного из монстров, он не дал ему подняться, резко взмыл вверх на два метра и всей силой своего налитого тела, в падении, выставляя кованные каблуки, проломил грудную клетку — одновременно три жёлтых обломанных кости, прорвав слои мяса и жира, вышли наружу. Закрепляя победу, Иван вышиб монстру нижнюю челюсть, сокрушил переносицу и сильно ударил в открывшееся горло ребром ладони. Судорога пробежала по телу здоровяка. С ним было кончено.

Со вторым Иван не стал церемониться. Поймав на себя его прямой удар, он резко развернул огромную тушу и одним взмахом руки перебил монстру хребет — тот словно переломился напополам. И мешком рухнул под ноги победителю.

— Я так за тебя переживала, — отрывисто сказала невесть откуда возникшая рядом Алена. Она сжимала в руках лучемёт. И смотрела на Ивана безумными, счастливыми глазами. — А ты здорово их…

— Работа такая, — скромно ответил Иван, пытаясь усмирить дыхание. — Как там этот несчастный?

— Еле дышит.

— Ничего, откачаем.

Алена вдруг изменилась в лице.

— Гляди-ка!

— Что там? — Иван полуобернулся.

Ничего страшного не было. Просто истерзанная, залитая поганой бурой кровью туша монстра ползла к ним. Выкаченный глаз был налит злобой.

Когтистые лапы скребли глину, песок просеивался между жирными волосатыми.

пальцами.

— Мало? — поинтересовался Иван.

И одним движением сломал шейные позвонки — нога мелькнула молнией, чудовищная морда нелепо вывернулась, выкатывая остывающий глаз в чёрное беззвездное небо.

— И всё-таки нельзя так, — проговорила ни с того, ни с сего поникшая Алена. — Они ведь тоже живые, они всё чувствуют, всё понимают, они тоже создания Божьи…