– Нет.

Мэдлин вызвала кого-то еще, и он спросил:

– А чего тогда вы боялись?

– Я боялся, что пострадает Мередит. – Он облизнул губы и снова напрягся. Я поняла, в чем дело: он назвал меня по имени, без титула. Ошибка для телохранителя, но он, разумеется, был не просто телохранителем. Каждый страж формально мог стать моим принцем. Но мы – сидхе, мы не заключаем браки, пока не зачат ребенок. Бесплодным парам не разрешено жениться. В общем, телохранители не просто "хранили" мое тело...

– Холод, вы бы пожертвовали жизнью ради принцессы?

Он не раздумывал ни секунды.

– Конечно. – Тон ясно показывал всю глупость вопроса.

Репортер из задних рядов, стоявший рядом с телекамерой, задал следующий вопрос:

– Холод, как вам удалось залечить пулевую рану менее чем за сутки?

Холод опять болезненно глубоко вздохнул.

– Я – воин сидхе.

Репортеры ждали продолжения, но я знала, что продолжения не будет. По мнению Холода, то, что он сказал, объясняло все. Он получил всего лишь сквозную пулевую рану из обычного стрелкового оружия. Чтобы остановить воина-сидхе, нужно гораздо больше.

Я спрятала улыбку и наклонилась к микрофону, чтобы изложить это прессе, но тут пот на спине стража вдруг перестал быть теплым и мокрым. Словно струйка холодного воздуха пробежала по его телу. Холодного настолько, что я от неожиданности отдернула руку.

Взглянув на его большую ладонь на столе, я увидела то, чего боялась. От пальцев расползалась белая каемка инея. Слава Богине, что скатерть на столе белая – только поэтому никто еще ничего не заметил. Может, кто-нибудь углядит позже, когда станут просматривать отснятый метраж, но с этим я уже ничего не могла поделать. Мне было о чем беспокоиться и без таких дальних хлопот. В какой-то мере случившееся было моей виной. Я нечаянно снабдила Холода силой, которой он прежде не обладал. Сила – это благословение Богини, но с новой силой приходят новые соблазны и новая ответственность.