КОРИОЛИСОВА СИЛА

— Утро, Бет.

— И что в нем такого доброго?

Джессика обернулась к младшей сестре, которая держала в руке ломоть пшеничного хлеба.

— А я и не сказала «доброе утро», Бет. Просто «утро». Так что я и не должна объяснять, почему оно доброе.

Бет пристально глядела на Джессику прищуренными глазами, напрягая упрятанные в маленькой головке извилины. Глотнув апельсинового сока, она ответила:

— А я не говорила, что ты сказала, будто оно доброе. Я задала простой вопрос.

— Это бред. Пап, скажи Бет, что это бред.

— Девчонки… — пробормотал отец Джессики отрешенно-угрожающим тоном, даже не подняв головы от газеты.

— Он тебе не поможет, Джесс. Он даже не слышит, что мы говорим, — объяснила Бет. — Реагирует только на тон. Почти как собака.

— А вот это я слышал, — отозвался Дон Дэй и одарил Бет поистине угрожающим взглядом.

Девчушка снова спряталась за апельсиновым соком.

В комнату легким ветерком ворвалась мама, одетая в деловой костюм. Обычное зрелище в выходные. Именно благодаря ее новой работе в «Эрспейс Оклахома» вся семья оказалась здесь, в Биксби.

— Доброе утро, мам. Съешь чего-нибудь? — Джессика повернулась, чтобы сунуть хлеб в тостер.

— Всем привет. Нет, спасибо, Джесс. Позавтракаю на собрании.

— И когда же твоя новая работа станет старой, а, мам? И ты будешь дома по воскресеньям? — спросила Бет.

Джессика обернулась и увидела, что папа тоже ждет ответа.

Мама посмотрела на всю троицу и вздохнула.

— Не знаю. Но сегодня это из-за меня. Я вызвалась добровольцем в комитет по новой ВПП

— Никогда не вызывайся добровольцем, — пробурчал папа, снова уткнувшись в газету.

Мама Джессики бросила в его сторону тот новый взгляд, который появился в последние недели. От него сквозило холодком, и, скорее всего, это было связано с тем, что отец до сих пор не нашел работу. Дожидаясь тайного часа, Джессика слышала, как родители спорят: мол, отец должен найти временную работу, не имеющую отношения к компьютерам, чтобы подзаработать и не сидеть сиднем дома.