Вскоре из Сантьяго пришел повторный заказ.

Я нашел Джейн в кафе в окружении поклонников.

- Вы еще не сдались? - спросила она меня, бросая улыбку молодым людям.

- Не знаю, чего вы добиваетесь, - сказал я, - но стоит попробовать.

Когда мы вместе вернулись в магазин, я достал лоток с многолетними растениями. Джейн помогла мне наладить подачу газа и жидкостей.

- Давайте начнем с этих, - сказал я. - Частоты 543-785. Вот партитура.

Джейн сняла шляпу и чистым голосом начала петь гамму. Сначала водосбор заколебался, и Джейн вернулась в нижний регистр и снова начала выводить гамму, увлекая за собой растения. Они вместе прошли пару октав, затем растения споткнулись, прервав стройную последовательность аккордов.

- Попробуйте полутоном выше, - посоветовал я. Добавил в бак немного хлористой кислоты и - водосбор энергично последовал за ней, издавая своими цветочными чашечками нежные дискантовые вариации.

- Великолепно, - сказал я.

На выполнение заказа у нас ушло всего четыре часа,

- У вас получается лучше, чем у орхидеи, - похвалил я ее. - На каких условиях вы желаете работать? Могу предложить вам большой прохладный бак и сколько угодно хлора.

- Будьте осторожны, - предупредила она. - Я могу согласиться. Почему бы нам не настроить еще несколько растений, раз уж мы принялись за это дело?

- Вы устали, - сказал я. - Давайте пойдем отсюда и выпьем что-нибудь.

- Можно мне попробовать с орхидеей, - предложила она. - Эта задача более трудная.

Она не спускала глаз с цветка. Я подумал, что они будут делать, если останутся наедине. Может быть, до смерти замучают друг друга своим пением?

- Нет, - сказал я. - Давайте завтра.

Мы поднялись на балкон, налили себе по бокалу и весь остаток дня проговорили.

Она немного рассказала о себе, но все же я выяснил, что отец ее был горным инженером в Перу, а мать - танцовщицей в захудалой таверне в Лиме. Они переезжали из одного места в другое, отец разрабатывал свои концессии, а мать пела в ближайшем борделе, чтобы уплатить за жилье.