Как только он это произнес, руки Карса исчезли в столе с неестественной скоростью. Старн стремительно отскочил в сторону, одновременно вытаскивая свое оружие. В следующую секунду Каре выпрыгнул из-за стола и навел на Старна свой дезинтегратор, но тут же пространство прочертил тонкий луч резака! Все, что встретилось на пути этого яркого, словно вспышка молнии, луча мгновенно, в тысячные доли секунды, распалось на атомы, но Каре сумел увернуться, и вместо груди иопроновый луч резака обрушился ему на плечо.

Старн обреченно рухнул на свое кресло. Его резак издавал жалобный вой, перезаряжаясь, но на его подзарядку уйдет слишком много секунд. И хотя из плеча Карса сочился густой поток голубой эмульсии, блестели осколки металла и проводников, однако микросхемы робота функционировали по-прежнему нормально. Он снова навел дезинтегратор и выстрелил. В последнее мгновение Старн успел зажмуриться, приготовившись к самому страшному и... Вдруг он заметил, как девушку, стоявшую в темном углу, окутало оранжевое сияние, раздался треск, и андорианка рухнула на пол.

Вслед за этим робот спокойно положил свое оружие на стол.

Старн удивленно смотрел на лежащую девушку. Ее тело не исчезло, не распалось на атомы. Она даже еще дышала! Неужели дезинтегратор клингона настроен только на оглушение? Да что это вообще за сумасшествие такое?

Словно прочитав его мысли, робот пояснил:

– Нейродезинтеграция всего лишь. Она забудет обо всем, что случилось за последние двенадцать часов.

Резак в руке Старна запищал, сообщая хозяину, что подзарядка завершена.

– Вам-больше не понадобится оружие, – произнес робот, продолжая вставлять в поврежденное плечо разные детали. Рука его беспорядочно покачивалась на нескольких полуоторванных связках, потом один раз резко дернулась и безвольно повисла.

Старн спрятал оружие под накидку и, все еще оглядываясь на девушку, спросил: