Погруженный в эти мысли, он не сразу заметил, что перед его домом в Оружейном переулке сидят несколько человек, которые поспешно поднялись при его приближении. Анрис остановился, с удивлением глядя на них. Несколько стражников… и вестник Городского Совета. Анрис невольно сделал шаг назад, но тут же понял, что бежать бессмысленно.

— Оружейник Анрис Роннельд, вам оказана высокая честь спасти наш город. Ваш подвиг и ваше имя навсегда сохранятся в памяти горожан.

Стражники склонили головы, но в то же время следили за Избранным, готовясь упредить возможные резкие движения.

Анрис был потрясен. Все это время он думал только об Элари и совсем забыл, что такая же опасность может грозить ему самому. Анрис отнюдь не страдал комплексом неполноценности, но все же не думал, что будет включен в число пяти Лучших.

— У вас есть время до рассвета, — продолжал вестник. — Если вы желаете провести его вне дома, мы проводим вас. Вы можете заказать любой ужин за счет городской казны. Кроме того, ваши наследники получат тысячу золотых.

— У меня нет наследников, — произнес Анрис. — Мне ничего от вас не надо. Я иду домой.

— Вы вправе передумать, — сказал вестник. Стражники расступились, пропуская Анриса в дом.

Когда совсем стемнело, Анрис натолкал в старую куртку какого-то тряпья, водрузил сверху небольшую тыкву и усадил получившуюся куклу за стол в комнате, выходящей окнами на улицу. Потом он зажег светильник. С улицы, через занавеску, очень похоже на силуэт сидящего человека. Пусть те, которые наблюдают за домом, думают, что он сидит за столом и предается скорбным размышлениям. Конечно, на улице никого не видно, но они наверняка откуда-нибудь наблюдают — а вдруг Избранный не захочет принять высокую честь? Ну что же, Анрис еще посмотрит, кто из них умнее. Он надел два темных плаща — второй предназначался для Элари, распихал по карманам хлеб и пару холодных котлет, прихватил с собой веревочную лестницу, засунул за пояс нож и направился к лестнице на чердак.