И потому, пока усталая маленькая кавалькада медленно тащилась по петляющей вместе с рекой долинке на последнем переходе своего дальнего пути, Анна вовсе не была уверена в приеме. Она никогда не встречалась с Барнабасом и не имела представления о том, что это за человек. Ветеран Артуровых войн, женатый на состоятельной вдове и удалившийся в отставку в укромное поместье посреди этих богатых земель?
Возможно, и даже вполне вероятно, с ужасом и нехорошим предчувствием думала Анна, что он захлопнет ворота перед вдовой Бодуина и его юным сыном, который может отнять Крейг Эриэн у него и у его наследников. И кто станет винить Барнабаса, если он не захочет оскорбить короля Марча, приютив беглую принцессу? Он может найти десятки причин, чтобы закрыть перед ней дверь.
Когда наконец на вершине лесистой скалы перед ними встал замок, Анна приказала остановиться и послала вперед Горена с вестями о кончине Бодуина и просьбой овдовевшей принцессы о крове.
– Ни слова больше, – устало сказала она. – Я не могу просить о большем, во всяком случае, для себя. Но мой сын…
Умоли их позволить оставить у них ребенка в безопасности и тайне до тех пор, пока мне, быть может, не удастся попасть к Верховному королю в Камелоте и просить его о справедливости. Отправляйся, Горен. Мы подождем тебя здесь, у воды.
Тревоги ее были напрасны. Вернулся Горен не один, а с самим Барнабасом и с полудюжиной слуг, за которым следовали носилки с дородной супругой ветерана. Последняя, приветствовав Анну поцелуями и слезами радости, посадила женщину с мальчиком в свои носилки, чтобы проделать в них последнюю милю возвращения домой.