Все равно своим сегодняшним видом он остался недоволен.

"Может быть, вот это недовольство - и есть отчетливый симптом того, что скоро уже сорок, ну, а после сорока я понемножечку начну стареть?" неожиданно, но как-то очень вяло посетовал он про себя.

- Эх, галстучек у вас шикарный. Артистический! Мда. В санаторий, стало быть? - приятельски и деловито подмигнул ему сосед, как будто на прощанье уточняя двадцать раз проговоренное за предыдущий вечер.

- Вот-вот, в санаторий. Именно! В "Зеленый рассвет". Бо-ольшая кузница здоровья.

Сосед важно покивал:

- Это уж точно, дело - завсегда полезное. Здоровье надо сохранять. Там, в санаториях, бедово. Публика, медсестры. То да се. Я тоже - как-то раз. Да. Санаторий. А мне - дальше. Напрямки домой. Я говорил?

- Да неужели?! - не желая обижать соседа, подивился Невский. - Вы смотрите!.. Ну, счастливо оставаться! Рад был познакомиться.

- А это уж - взаимно. Отдыхайте!

Повесив за длинные лямки баул через плечо, он вышел из купе, миновал коридор, простился в тамбуре с проводником и не спеша спустился на платформу - очень низкую, как водится на всех такого рода станциях.

Он совершенно замотался на работе, и, когда пришла пора думать об отдыхе, оказалось, что путевок нет. Ни в Прибалтику, ни в Крым, ни на Кавказ.

Впрочем, всяческие модные и шумно-людные курорты он не так чтоб и любил. И потому, едва вдруг замаячила путевка в этот санаторий (просто шалая путевка, ведь свое отменное здоровье он покуда и не думал поправлять!), он сразу ухватился за такое предложение, резонно положив, что "от добра добра не ищут".

Он любил лето - самое лучшее время года, о чем убежденно всем и сообщал.

И если лето проходило в городе, в дурацкой спешке, в суете, в какой-то мелочной, не позволяющей свободно продохнуть работе, он считал, что год потерян до конца. А в жизни этих лет не столь уж много, вот в чем дело.