Не нравилось ему и внимание, которое начали уделять ему четвероногие спутники. Казалось, они считали забавным прыжки с боков, от которых его лошадь вздрагивала и пыталась понести. Вначале люди-волки смеялись, но потом, когда лошадь Майкла Карла стала причинять им слишком много беспокойств, они развернули свои хлысты и принялись отгонять волков.

По-видимому, волки этих хлыстов боялись. Они тут же отступили. Майкл Карл запомнил это на будущее.

Они продолжали подниматься, но теперь двигались по такой узкой тропе, что один сапог Майкла Карла задевал за стену утеса, а другой свисал над пропастью. Юноша решил, что горы ему не нравятся.

Тропа обогнула камень, и молодой человек увидел внизу, в долине, огонек. Казалось, он заинтересовал и людей-волков.

— Гостиница Короны, — указал один из них на далекий свет.

Другой презрительно плюнул.

— Хозяин трус. Он бы и за мать родную не заступился.

— Да, но сейчас там живет один, псих, как и все американцы, он даже осмеливается ходить в наши горы, — заметил предводитель.

Майкл Карл смотрел вниз на огонек, сколько мог его видеть. Если бы он добрался до этого американца…

— Приехали, малыш, — наконец сказал его похититель, и они со стуком двинулись по мосту на выложенный камнями двор.

Глава третья. Принц встречается с Оборотнем

Крепость Черного Стефана, должно быть, когда-то была замком знатного лорда, она господствовала над длинной долиной у подножия горы и могла собирать с неё дань. И даже теперь, когда все сооружения, внешняя и внутренняя стены — все, кроме башни самого хозяина, — были разрушены, крепость все равно производила впечатление.

Майкла Карла стащили с лошади, и он стоял, дрожа больше от возбуждения и холода, чем от страха, в свете больших факелов из сосны, которые торчали в железных кольцах на стенах. Вокруг бродили волки, принюхиваясь к пленнику и к большой двухколесной повозке, нагруженной сельскохозяйственной продукцией; повозка со скрипом проезжала по мосту через ров.