— Налей и себе тоже, — сказал Джерин.

Он не был суровым хозяином. Расплывшись в улыбке, черпарь заглотил едва ли не половину кувшинчика. Джерин плеснул немного эля из своей кружки на пол.

— Это для Бэйверса, бога ячменя, — произнес он нараспев перед тем, как отхлебнуть.

— Для Бэйверса, — повторили за ним остальные, исполнив ритуал.

Даже Вэн последовал примеру других, хотя не считал Бэйверса своим богом. Но божество, у которого вместо волос на голове колосился ячмень, имело в здешних землях большое влияние.

Поставив кружку на стол, Райвин скорчил кислую мину.

— Как же мне не хватает сладкого виноградного вина, — сказал он.

— Во-первых, виноград не растет в северных краях, а с землями к югу от Хай Керс мы лишились торговых связей, — пояснил насмешливо Джерин. — Во вторых, когда ты пьешь слишком много вина, происходят ужасные вещи. Мы это не раз наблюдали. В-третьих, вином заправляет Маврикс. Неужели ты хочешь снова иметь с ним дело?

— Ты прав, прав, — печально согласился Райвин. — Но все равно я скучаю по вину.

Повара принесли чаши с похлебкой из сельдерея и бобов, в которой плавали маленькие кусочки соленой свинины для вкуса и аромата. Джерин, как и все, поднес чашу ко рту, а когда покончил с едой, вытер рукавом губы. К югу от Хай Керс люди вытирали лицо и руки специальными кусочками ткани, но на севере эти тонкости не привились.

А с вертела уже сняли ломти говядины. Пока один повар разрезал их на более мелкие части, другой сходил на кухню и оделил каждого из сотрапезников круглой хлебной лепешкой. Для мяса. Лепешки впитают жир, а потом, в свой черед, их тоже съедят.

Джерин похлопал по пустому месту между собой и Вэном.

— Положи и сюда тоже, Ансеис. Фанд должна скоро спуститься.

— Да, милорд принц, — ответил повар, исполняя распоряжение.

Дарен принялся отламывать кусочки от своей лепешки и запихивать в рот.