– Маша! – Безногий помотал головой и треснул кулаком в еще одну дверь. До его собственной было метров десять длинного коридора, но капитан никак не мог сфокусировать взгляд на цифрах и на всякий случай стучал во все двери подряд. Так он надеялся выявить квартиру, из которой никто не ответит. То есть свою.

– Что, Маша?! – продолжала кричать тетка. – Дальше иди! И так уже половину этажа перебудил! Стекло зачем разбил, хулиган?!

– М-маша... – промычал Зигфрид, не в силах произнести что-либо более сложное.

– Еще три шага сделай! Налево повернись! Вот теперь стучи! Или ключом открой. Твоя это квартира, не сомневайся!

– М-м-маша, – теперь в мычании Зигфрида угадывались нотки искренней благодарности. Он развернулся и, раскрыв объятия, направился к необъятной Маше. – Дай... я... тебя... расс... целую-у...

– Нет! – взвизгнула Маша, резко захлопывая дверь.

– Ну-у, – Зигфрид разочарованно махнул обеими руками и вернулся к своей двери. Несколько раз от души треснув по ее прочной металлопластиковой поверхности, он довольно улыбнулся и прильнул к косяку родного жилища щекой. – До-ма... Эй, открывай!

К кому он обращался, Безногий не знал. Возможно, к домовому или к самому себе.

– Я сейчас охрану позову! – громко пообещал кто-то из соседей.

– Васька, заглохни! – крикнул другой сосед. – Капитан только из космоса, дай ему отдохнуть!

– Пр-ра-льна... – одобрительно рявкнул Безногий. – Отдыхаю... я! Им-мею право!

– Двенадцать ночи! – возмутился какой-то старичок. – Безногий, ты не право, а совесть поимей!

– Чью? – удивился Зигфрид.

– Ключом попробуй, – посоветовал «защитник». – Он у тебя в правом кармане обычно лежит!

– В правом? – капитан залез в правый карман левой рукой и вынул оттуда ключ. – Дейст-ик-итльно...

– Водички выпей, – снова посоветовал доброхот. – Икота пройдет.