Черные столбы покрылись сеткой трещин и осыпались сухой гранитной крошкой, устлав площадь и три обессиленных, опустошенных тела на ней, серой пылью.

Медленно рассеивающийся туман прогонял блаженное забытье. Тишина и тьма звучали на два голоса, отдаваясь в уплывающем сознании звоном басовитых струн.

- Разве подобное могло произойти? - искренне недоумение в шелесте листвы.

- Чего ты опасаешься? Радуйся, мы получили отсрочку! - усталые далекие раскаты грозы успокаивают.

- Но цена! - шелестящий голос наполняет недоверчивая и какая-то робкая радость, смутная надежда.

- Разве она не достойна? Не совершенна?

- Она прекрасна, но так не похожа на…

- Молчи, молчи! Не бойся! Не убивай сомнениями душу.

- Но она всего лишь человек, такая хрупкая игрушка мира… Я опасаюсь… навредить.

- Посмотри внимательнее. Такую - не сломаешь. Ей не нужны ни инициация, ни Хаш-с-Дет… Но беречь ее тебе никто не запретит. Скорее я первый попрошу…

- Мы… справимся?

- О да, и к тому же покончим с изоляцией…

Сообразив наконец, что голоса звучат прямо в голове, попыталась открыть глаза. Ох, лучше было не пробовать. Не чувствуя тела, я плыла в молочно-белом тумане, где не было ни верха, ни низа, и не за что зацепиться взглядом. В панике дернулась несуществующим телом, напрягая горло. Закружилась голова…

Где мое тело? Верните назад!! С этой панической мыслью я начала стремительно падать куда-то вниз, вниз, вниз… в закручивающийся крутой спиралью водоворот. Приступ тошноты, подкатывающий к… горлу? И резкий рывок, будто оборвалась нить, что держала марионетку… мгновение темноты и вновь нахлынувшие привычные ощущения.

Мягкий рассеянный свет, сквозь соломенный полог, жесткий матрас под лопатками. Слабая ноющая боль в боку и ноге, нежный шелк покрывала и чье-то успокаивающее, ласковое и уверенное присутствие. Как хорошо, по-домашнему…

Голоса в сознании затихли, зато донеслись из-за невидимой двери: