Так что надежнее всего было бы Кошку именно убить. Но почему этот мелкий принципал должен пострадать из-за ошибки чародея, не продумавшего последствия своей работы?

Впрочем, главное в том, что убийство непременно вызовет начало сыска по этому преступлению. И вероятность, что чародея выведут на чистую воду, намного увеличится. Так что обойдемся амнезией…

Через несколько секунд представитель министерства госбезопасности ничего не помнил о первоначальном предложении чародея.

– Что я должен написать в отчете? – спросил он, потому что столичный гость не посвятил его в содержание мер по противодействию работе вражеского волшебника.

– Напишите, что враг применил заклинание, порождающее в наших людях чувство раздражения и что это беспричинное раздражение по законам психологии перерастает в недовольство. А когда конкретного повода для этого чувства нет, оно чаще всего превращается в недовольство властью. Я просто ограничу действие наложенного ордынцами заклинания двумя вершками. На таком расстоянии заклинание подействует разве что на комаров да мух. Мое вмешательство противник обнаружить не способен. И, таким образом, будет уверен, что по-прежнему вносит смуту в умы наших граждан. Пусть и впредь расходует магические силы понапрасну.

Кошка кивнул и улыбнулся. Предлагаемые меры противодействия ему определенно понравились.

Еще через двое суток Антон сел в вагон экспресса «Южный Урал» и укатил в Новогород.

Это время ему понадобилось для того, чтобы и в самом деле ограничить действие вражеского заклинания.

Ибо оставлять заколдованные фонари в прежнем состоянии означало все-таки рисковать, что кто-нибудь разберется в случившемся.

Волшебники высоких квалификаций прекрасно владеют принципом зеркальности. Как первого, так и второго порядка.

Принцип зеркальности первого порядка, примененный к заклинанию на ненависть к своим властям, превращается в заклинание на ненависть к противнику.