Перестали видеть друг друга бойцы,Стали тьму пустую хватать,Лягушками шлепаясь на животы,Жуками торчмя торчать...Сотрясался высокий сводНеобъятно гулких небес.Обреченный сонмищу бед,Средний серо-пятнистый мир,Завихриваясь в круженье своем,Захлестнутый морем огня,Как трясина, зыбиться стал.Бедственный преисподний мир,Расплескиваясь, как лохань,Против движения средней землиПолетел, закружился, гудя,Охваченный с четырех сторонБагрово-синим огнем.Оттого у него с четырех сторонВыросли, поднялисьЧетыре препоны — стены.Девятое белое небо,Объятое голубым огнем,Расплескиваясь, как водаВ лукошке берестяном,Обратно движению своемуВыгибаясь, как пятки задок,От бешеной снеговой пурги,От мчащейся ледяной шугиЮжным небом, где тучи клубятся,Где вихри вечно кружатся,Заслонилось, словно щитом.С боевыми жилами — что не порвешь,С кровью, что не прольешь,С телами — что сталью пронзить нельзя,С костяками — что сокрушить нельзя,Дыханьем могучим наделены,Бессмертьем одарены,Три великих рода в извечной враждеСто веков сраженья вели;Одолеть друг друга они не могли,Сильные — изнемогли.В бесполезной борьбе распалясь,Как железо в огне, раскалясь,То и дело стали ониВ ледяное море нырять.И всплывая из глубины,Журча и сопя,Дымясь и курясь,Садились на каменном берегуДух немного перевести,Поостыть на холодном ветру...Задыхаются — трудно дышать,Заикаются — слова не могут сказать,Дыханье спирает у них —В полдыхания дышат они.В истоме головы опустив,В густом тумане, во мгле,Словно горы огромные, громоздясь,Словно горн раздувающие мехи,Будоража вздохами темную даль,Стали думу думать они:
