Мелькнула мысль, не зайти ли ему сразу к психиатру, но в конце концов Эндерби решил поехать, как обычно, на службу, а к врачу заглянуть, может быть, днем. По пути на работу он включил радио и стал быстро нажимать кнопки в поисках чего-нибудь стоящего, переключаясь со станции на станцию; И тогда генерал Грант отдал приказ… (щелк) Забить их всех каменьями! (щелк) За какой же из грехов побиваете вы меня камнями? И они отвечали; за то, что никакого добра не творил, побиваем… (щелк) Четвертая станция передавала мягкую успокоительную музыку без слов, Эндерби, задумавшись было о странных совпадениях, через несколько минут выбросил эти мысли из головы. Мелодия кончилась, и прежде чем включить следующую, ведущий рассказал анекдот, в котором упоминались «самолеты, летевшие клином». Как раз в этот момент, когда из динамика доносились эти слова, Эндерби заметил на свободной полосе дороги, впереди и чуть правее, свору собак. На бегу стая вытянулась в идеальный клин. В компании в тот день дела шли обычно. Вот только с телефонными звонками происходили странности. Первым по номеру Эндерби позвонил мистер Денвер из Кливленда, а вторым — мистер Кливленд из Денвера. Беседуя с последним, Эндерби по ошибке обратился к нему: «Мистер Денвер?» — клиент тут же поправил; «Нет, нет, не фамилия моя Денвер, а я звоню из Денвера! Вы крайне невнимательны!» Третьим в то утро позвонил некто мистер Дейтон из Буффало. Поговорив с ним, Эндерби не удержался: «Теперь что же! Звякнет какой-нибудь мистер Буффало из Дейтона? Это ж индейцем надо быть, чтоб носить такую фамилию?» Он ошибся. Звонок был действительно из Дейтона. Но звонил не индеец по фамилии Буффало. Звонившим оказался украинец по имени Эрик Бычко. То была последняя капля. Едва мистер Бычко покончил с делами и дал отбой, Эндерби бросился к сослуживцам, расспрашивая, не было ли у них не обычных звонков. И выяснил: одна сотрудница говорила по телефону шесть раз — три раза на проводе оказывался город Вашингтон и три раза штат Вашингтон.