- О, они согласятся, конечно, - ответила Анеа, бросая на них взгляд. - Конечно, согласятся.

- Что ж, - со вздохом заметил Уильям, - и мы должны многое прощать избранным. Что касается меня, то я должен признать, что я в достаточной мере мужчина и достаточно дикарь, чтобы любить сражения. А... вот и еда, впрочем.

Наполненные до краев тарелки появились на поверхности стола перед каждым, кроме Донала.

- Сделайте заказ сами, - сказал Уильям. И, пока Донал нажимал кнопку коммуникатора перед собой и делал заказ, остальные взяли ложки и принялись за еду.

- ...отец Донала был вашим товарищем по школе? - спросил Уильям, когда был утолен первый голод.

- Он был моим ближайшим другом, - ответил маршал.

- О, - сказал Уильям, осторожно беря на вилку кусок нежного белого мяса. - Я завидую вам, дорсайцам, в этом. Ваша профессия позволяет вам дружеские отношения и эмоциональный контакт не смешивать с повседневной деятельностью. В сфере коммерции, - он махнул тонкой загорелой рукой, никакая дружба невозможна.

- Возможно, это зависит и от человека, - ответил маршал. - Не все дорсайцы - солдаты, ты - принц, и не все жители Сеты - предприниматели.

- Я знаю это, - сказал Уильям. Взгляд его обратился к Доналу. - Что скажете вы, Донал? Вы - простой наемник, или у вас есть еще какие-нибудь стремления?

Вопрос был прямым, хотя и задан довольно деликатно. Донал решил, что искренность, слегка приправленная корыстолюбием, будет наиболее верным тоном ответа.

- Конечно, мне хочется стать известным, - сказал он, смущенно улыбнулся и добавил: - и богатым.

Он уловил намек на легкое облачко на лице Галта. Но сейчас ему было не до этого. Сейчас у него было более важное дело. Немного позже он сможет выяснить причину недовольства маршала. Теперь же главное для него поддержка возникшего к нему интереса Уильяма.

- Очень интересно, - вежливо сказал Уильям. - И как вы собираетесь достичь этого приятного состояния?