- Тридцать три абсолютных года, - поправил Ар-Делл. - До 29 лет я был школьником, монахом. Вы думаете, что я слишком много пью?

- Мне кажется, что в этом нет никакого сомнения, - ответил Донал.

- Согласен с вами, - сказал Ар-Делл с одним из своих внезапных полуфырканий-полусмешков. - Согласен с вами. В этом нет сомнений. Пожалуй, единственная вещь в этой богом проклятой вселенной, в которой нельзя усомниться. Но я хотел с вами поговорить не об этом.

- А о чем же? - Донал вновь отхлебнул из бокала.

- О храбрости, - сказал Ар-Делл, пристально глядя на него. - Вы храбры?

- Это необходимое качество солдата, - сказал Донал. - Но почему вы меня об этом спрашиваете?

- И никаких сомнений? Никаких сомнений?

Ар-Делл покрутил напиток в своем стакане и отпил.

- У вас нет тайного страха, что в нужный момент у вас вдруг ослабеют ноги, забьется сильнее сердце, вы повернетесь и побежите?

- Конечно, я не повернусь и не побегу, - сказал Донал. - В конце концов, я - дорсаец. А что касается того, что я чувствую, то единственное, что я могу вам сказать: я никогда не испытывал того, что вы описали. И даже если бы я...

Над их головами мелодично ударил колокол, прервав Донала.

- Временной сдвиг через стандартный час и двенадцать минут, прозвучал голос. - Временной сдвиг через стандартный час и двенадцать минут. Советуем пассажирам для лучшего самочувствия принять лекарство и провести временной сдвиг во сне.

- Вы уже проглотили таблетку? - спросил Ар-Делл.

- Еще нет, - ответил Донал.

- Но вы сделаете это?

- Конечно. - Донал с интересом взглянул на собеседника. - Почему бы и нет.

- Не является ли прием медикаментов с целью избежать неудобств временного сдвига формой трусости? - Спросил Ар-Делл.

- Глупость, - ответил Донал. - Это все равно, что назвать трусостью надевание одежды, чтобы согреться, или же утоление голода, чтобы просто не умереть голодной смертью. Одно - вопрос удобства, другое - вопрос... - Он на секунду задумался, - вопрос долга.