Он поднял руки - получилось очень мелодраматично - и, едва переставляя ноги, стал отходить, пока не уперся в кровать, куда и приземлился.
- Да нет, руки можете опустить, - сказал я. - А то это напоминает плохой детектив. - Его руки самопроизвольно упали вниз.
Денни взглянул на меня.
- Что ему нужно, мистер Джим?
- Не знаю, Денни, не знаю, - медленно и задумчиво произнес тот. Его взгляд был сосредоточен но стволе револьвера в моих руках. В глазах застыл страх.
Оказалось, что я дрожу. Я старался держать пистолет ровно, но у меня ничего не получалось и он ходил из стороны в сторону и возникало ощущение, что я нахожусь в центре торнадо.
- Нервы шалят, - сказал я частично для того, чтобы они заметили это, если еще не успели, и частично, чтобы убедить себя, что хозяин положения здесь все-таки я. - Не делайте глупостей и хуже не будет.
Мистер Джим сидел совершенно неподвижно, руки лежали на коленях.
- За последние две недели я не раз был близок к безумию. Никто меня не видит, не слышит, не замечает, даже моя жена. И так все две недели. Можно подумать, я уже мертв... и тут я встречаю вас. С вами двумя произошло тоже самое, что и со мной. И я хочу знать, в чем дело. Что именно произошло со мной?
Денни посмотрел на мистера Джима, затем на меня.
- Он, что, совсем, мистер Джим? Может врезать ему пару раз, мистер Джим?
Старик никогда не решиться на это.
Надо отдать должное, Джим понял это.
- Нет, Денни. Сиди спокойно. Ему просто нужна информация. Думаю, будет справедливо поделиться с ним тем, что мы знаем, - он посмотрел на меня; его лицо было похоже на выжатую губку.
- Меня зовут Тремпсон, мистер... э... как-вы-там-сказали-вас-зовут?
- Я еще не представлялся, но вообще-то - Винсоки. Альберт Винсоки. Как в песне.
- Да, мистер Винсоки, - к мистеру Джиму вернулось самообладание и та же презрительная усмешка, когда он увидел, что я в чем-то завишу от него. - О причине вашей нынешней незаметности - все-таки вас нельзя считать бестелесным, знаете ли... вы можете нажать на курок и убить меня, вас может задавить грузовик - все это довольно сложно. Боюсь, что не смогу дать вам научных объяснений и вряд ли вообще кто-нибудь сможет. Попробуем так...