Молодой поэт нашел эту мысль превосходной, но прочие ее друзья пришли в ужас и отшатнулись от леди Невилл. Никто из них не испытывал желания умереть, объяснили они. Пусть Смерть приходит за ними, когда приспеет пора, но для чего приглашать подобную гостью прежде назначенного часа, которого и так уже ждать осталось недолго? Однако леди Невилл сказала:

- В том-то и дело. Если Смерть надумала забрать кого-то из нас в ночь моего бала, она все равно придет, пригласим мы ее или нет. Если же ни одному из нас погибель не предназначена, тогда, я думаю, нам будет приятно увидеть Смерть среди гостей, - быть может, она даже покажет нам какой- нибудь простенький фокус, коли настроение у нее будет хорошее. Да подумайте хоть о том, что мы сможем рассказывать, как были на одном приеме со Смертью! Весь Лондон станет завидовать нам, и не один только Лондон - вся Англия!

Мысль леди Невилл начинала нравиться ее друзьям, лишь один молодой лорд, только-только прибывший в Лондон, с робостью вымолвил:

- У Смерти столько дел. Что если она окажется занятой и не сможет принять вашего приглашения?

- Никто еще и никогда не отвергал моих приглашений, ответила леди Невилл, - даже Король.

И молодого лорда на этот прием не пригласили.

Вслед за тем леди Невилл уселась писать пригласительное письмо. Друзья ее немного поспорили о том, как следует титуловать Смерть. Слова "Ваша светлость Смерть" словно бы ставили ее на одну доску с виконтами и баронами. "Ваша милость" казалось более уместным, но леди Невилл заметила, что такое обращение отдает лицемерием. Назвать же Смерть "Вашим Величеством" означало сравнять ее с Королем Англии, на что не осмелилась бы и сама леди Невилл. Наконец, порешили, обращаясь к Смерти, называть ее "Ваше преосвященство", что устроило почти всех.