— Раз твердо решили — принято, — смилостивился я. — Собирайте вещички, покупайте путевки. Я этот этап уже прошел… Выезд — в понедельник, встретимся прямо на вокзале. Билеты беру на себя…
Говорю твердо, уверенно, а коленки подрагивают. И будут они так дрожать до тех пор, пока поезд не минует пределов Московской области.
Конечно, начальство может достать меня и в Пятигорске, но это связано с известными трудностями, а трудностей, как известно, начадьники не любят.
Процедура оформления отпуска до предела примитивна. Передал коллегам незаконченные дела, сдал пистолет, получил отпускные…
2
Поезд прижался к перрону, будто гусеница к стволу дерева. Я приехал заранее — терпеть не могу опаздывать и торопиться. Пассажиров ещё маловато, плетутся лениво одиночками и группками.
Крымовых подождал на перроне, в тени. Вместе вошли в вагон.
Купе — прообраз коммунальной квартиры на четыре жильца, где спальные места — отдельные комнатушки, а пространство между ними и столик — места общего пользования.
Из четырех «комнат» три принадлежат одной «семье»: мне и Крымову с женой. Естественно, им я по праву «старшего» предоставил нижние полки, свой чемоданчик забросил на верхнюю. Вторая верхняя пока свободна.
Интересно, кто получил на неё ордер-билет? Не дай Бог женщина! Тогда по закону джентльменства толстому Крымову волей, неволей придется переквалифицироваться в скалолаза. Признаться, вид отфыркивающего приятеля, пытающегося взять приступом верхнюю полку, вызовет лично у меня приступ невероятного веселья.
Меня верхняя полка более чем устраивает — полная гарантия свободы и независимости — никто не усядется на постель, никто не взгромоздит на неё свой грязный чемодан.
Ленка мыслит по своему, чисто женскими категориями.
— Принесет нелегкая какого-нибудь пропойцу, станет он круглосуточно выдыхать аромат пойла — намучаемся…Б-р-р!… Учтите, мужики, произойдет такое — сбегу. Поедете в санаторий теплой мужской компашкой…