– Командир Рош? – В наушниках зазвучал громкий голос первого помощника басиго, на мгновение оглушив Рош; его акцент напоминал речь крестьянина гурна.

Рош молчала почти тридцать секунд, она была так потрясена, что не могла произнести ни звука. А когда немного пришла в себя, то сумела лишь тяжело вздохнуть.

– Командир? – снова позвал ее первый помощник.

– Я бы предпочла, чтобы вы называли меня по имени. Не нужно никаких «командиров».

– Хорошо, как вам угодно, – нетерпеливо ответил голос. – Вы нашли то, что искали?

Свет фонарика снова упал на сердце, лежащее на кресле капитана, и Рош поморщилась.

– Да, и нет, – проговорила она и отвернулась от наводящего ужас зрелища. – Вы сказали, что перехватили этот корабль на своей последней орбите?

– Мы находились рядом с первичной звездой, когда он пересек нашу орбиту. Попытались связаться, но он не ответил.

Тогда мы решили, что столкнулись с разбитым кораблем и вошли внутрь.

«Наверняка хотели поживиться», – подумала Рош.

– Тогда-то мы и увидели ваше имя.

Рош кивнула. Она тоже его заметила – написанное огромными буквами, кровью, на стене главного воздушного шлюза, там, где не заметить его невозможно.

– И двигался он по эллиптической орбите? – спросила она.

– Совершенно верно, – ответил первый помощник. – Он промчался бы мимо нас и покинул систему, если бы мы не состыковалиеь с ним.

Он направлялся к нам, сообразила Рош, но вслух ничего не сказала. Ящик сравнил траектории кораблей прежде, чем она взошла на борт «Льюсенса-2». Не успели они прибыть на якорную точку в Солнечной системе, как им в лицо, словно оскорбление, швырнули корабль, который они искали. Корабль, в котором не осталось ни одного живого члена команды.