Одиночество закончилось быстро и неожиданно. Зато стало темно и больно. Чем бы и кто бы не шарахнул меня по моей же многострадальной голове, он сделал это очень сильно. Придя в себя, первым что я увидел, так это какую-то тушу, упорно пытающуюся снять с меня кроссовок, но вот шнурки развязать почему-то туша не догадалась. Лежа на земле и как-то совершенно безразлично посматривая на детину, я пытался понять, почему он не развяжет шнурки, в результате чего он бы легко снял кроссовок. Потом, наконец, до меня дошло, что эта туша снимает с меня МОЮ обувь. Одновременно с этим 'озарением' детине надоело попусту терять время и он, достав откуда-то из-за спины большущий топор, стал пристраивать мою ногу на так удачно торчащем корне какого-то дерева. Поняв, что он хочет сделать, я, дико заорав, заехал ему ногой по проблемному месту всех мужиков. Туша, не успев среагировать, лишь громко всхлипнула и, держась за пострадавшее место, повалилась ничком на траву. В мгновение ока оказавшись на ногах, я едва не потерял сознание. Видимо во время перехода всё же что-то произошло (кроме, разумеется, самого перехода и последовавшего падения), уж больно я себя хреново чувствовал (а ещё эта детина!). Тем не менее, надо было действовать. Одного взгляда на стонущего мужика хватило, чтобы понять первую возникшую проблему на моём пути к благополучию в этом мире, а именно одежда. Детина был одет в какую-то серую одежонку из непонятной ткани, которую даже при сильном воображении никак нельзя было сравнить с моей.

- Баш на баш - произнёс я и ударом поднятой с земли палки заехал мужику по голове, в то место, в которое учил нас бить учитель в фехтовальной школе. Детина, на этот раз не издав ни звука, распластался на земле.

- Вот теперь мы квиты - удовлетворенно качнув головой, прокомментировал я свой удар, после чего, ещё раз окинув взглядом мужика, добавил. - Хотя в качестве моральной компенсации и за нанесенный тобой ущерб моей голове, а так же за психическую травму, полученную мной в связи с покушением, опять же, на мою, но только уже драгоценную ногу, у тебя будет конфискована вся имеющееся в наличии одежда. Приговор вынесен и обжалованию не подлежит.