- Ну да?

- Точно.

- И повезёт?

- Ещё как! А это, смотри, холодильные установки, чтобы груз не портился.

- Для брюки они ни к чему. Если она в скорлупе, то год храниться может.

- Для брюки - да, а для рыбы? В этом фургоне я могу теперь рыбу и днём в Город возить, и она не испортится. Так что пришёл конец ночным рыбьим обозам.

- Здорово! У них на Земле все грузы так перевозят или пришельцы сделали фургон специально для нас?

- Как же, для нас, - криво усмехнулся Саприче. - Держи карман шире!

Колори с подозрением посмотрел на него.

- А зачем я должен держать карман раскрытым?

Саприче рассмеялся.

- Это такая земная поговорка, - объяснил он, но смысл поговорки растолковывать не стал. - Все грузы на Земле перевозятся либо в таких машинах, либо в подобных. По дорогам, по воде, по воздуху... Но обо всём в двух словах не расскажешь. Вот работы в поле закончатся, расскажу. И покажу. Всей Деревне покажу. А у вас как?

- А что у нас? - пожал плечами Колори. - Жизнь течёт... Он понурил голову. - Год назад отца похоронил...

- Знаю, - сочувственно кивнул Саприче. - Огнёвка...

Редко-редко Деревню посещала странная болезнь: всё тело заболевшего внезапно покрывалось красными пятнами - кожа горела, словно обожжённая. От страшной боли человек терял сознание и мог умереть, если болезнь вовремя не заговорить. Знахарь без труда снимал её, но в тот день Нокуме работал в поле один, и, когда у него случился приступ огнёвки, некому было помочь и позвать знахаря.

- Простить себе не могу, - глухо сказал Колори, - что в тот день меня с ним не было.

Саприче положил ему руку на плечо.

- Извини, но, похоже, тебя смерть отца ничему не научила. Почему один в поле работаешь?

- Все так работают, - безразлично отмахнулся Колори. - Сам знаешь, огнёвка редко бывает.

Саприче достал из кармана маленький блестящий баллончик.