Я отчетливо видел, как бьется вена на шее у человека, но что самое странное, отчетливо слышал его пульс. Взгляд мой будто прилип к вене, но решиться прокусить ее я все еще никак не мог. Уговаривал себя: от этого зависит моя жизнь, он подонок и заслужил смерть. Но в одночасье стать каннибалом оказалось не так уж просто.

Решиться мне помогла жажда – через полчаса моего собирания с силами она стала просто нестерпимой. Осторожно прокусив шею разбойника, сделал первый глоток. Соленая, вязкая жидкость полилась мне в рот, и я не смог уже остановиться. Я жадно пил, и с каждым глотком силы ко мне возвращались – раны затягивались, чувства обострялись. Оторваться от горла смог только, когда сердце бандита перестало биться. Чувствовал себя как заново рожденный, был полон сил и энергии. Стояла глубокая ночь, и впервые за полгода я не чувствовал ночной жажды.

Каннибалом я уже стал, теперь время стать мародером. Первым делом подобрал себе одежду, которая не забрызгана кровью. Как не противно было одевать одежду с мертвецов, но не голым же ходить, в самом деле. Свои шмотки мне так найти и не удалось. Пошарив по карманам покойников, стал счастливым обладателем пары неплохих ножей, горстки монет, трех серебряных (как я надеялся) оберегов, и мешка с провизией и походным инструментом.

Одевшись, заткнув ножи по бокам за пояс, закинув за спину сумку, пошел по тропинке, надеясь выйти на дорогу.

Я брел по дороге к городу и думал о том, что во время драки впервые с детских лет ощущал себя по-настоящему живым. Что у меня было в прошлой жизни? Дом, институт, пьянки с друзьями. Не было ни цели, ни увлечения, ни жены, ни детей – не жил, а существовал. Это было болото, в котором большинство людей и прозябают, полагая что живут.