Более того, мне даже показалось, что эти сволочи как-то подозрительно живучи. И что они по каким-то непонятным причинам именно в Фарлионе начали видоизменяться, потому что пойманная мною этой ночью тикса-одиночка была на редкость крупной и, что важнее, далеко не такой трусливой, как все виденные раньше. Что же касается фанры, которая пришла навестить нас уже перед самым рассветом, то она была не зеленой, а серой, из-за чего я едва ее не проморгала. И она, к тому же, так ловко маскировалась под дорожную пыль, что если бы не идущий от Знака холод, фиг бы я ее вообще поймала в прыжке. Не говоря уж о том, что когти у этой Твари раза в два превышали привычные для обычной ящерицы размеры, а уж пасть была так широка, что я, если бы не отпрыгнула вовремя, осталась бы без правой руки.

В общем, весело у меня прошла ночка. Так весело, что к утру я даже пожалела, что не переждала в Околице: спокойнее бы спалось. И чего меня понесло сюда на ночь глядя? Но, так или иначе, она все равно закончилась, и мы, спустя всего два оборота после рассвета, уже, как вкопанные, стояли у ворот Нора.

Крепость, признаться, произвела на меня сильное впечатление. Собственно, это была даже не крепость, а целый город, стиснутый со всех сторон мощными, в четыре человеческих роста стенами. Причем, стены были каменными, мощными — я только раз заглянула в проем ворот, за которыми начинался узкий, шагов в пять, коридор, и тут же уважительно присвистнула. Думаю, метра два толщиной эти стены могли похвастать, а в некоторых местах (как раз в районе четырех, расположенных по сторонам света, высоких башен, служивших, одновременно, и смотровыми площадками), наверное, достигали и пяти-шести. И это с учетом того, что возле самих стен имелись дополнительные пристройки, прочные каменные лестницы (почему-то — без перил), а также склады, сараи, какие-то хозяйственные постройки и куча иных, непонятных мне пока сооружений, назначение которых нам только предстояло выяснить.