* * *

Я набрал номер:

— Алло, это редакция?

— Редакция.

— Отдел науки?

— Отдел науки.

— Моя фамилия Борисов. Я ваш читатель. Вы меня не знаете…

— Я вас слушаю, товарищ Борисов.

— Видите ли, я хотел бы поговорить с вами. У меня есть к вам одно предложение.

— Гм… А не могли бы вы изложить его в письме?

От мысли, что моя затея близка к провалу, мне становится не по себе. «В письме». Знаю я эти письма. В редакцию идет поток таких писем. Мой листок утонет в этом море без следа.

— Видите ли, — говорю я волнуясь, — я хотел бы лично, если можно… У меня к вам очень интересное предложение. Оно вас непременно заинтересует.

— Гм… — Человек раздумывает. — Ну, хорошо. Давайте в среду или в четверг. После обеда. Только позвоните, пожалуйста, перед тем как ехать. На всякий случай. Вдруг меня не будет на месте.

Ура! Полдела сделано. Согласился. Это самое главное. Уж убедить-то его я сумею.

В среду я звонить, естественно, не стал (а ну как передумает!) — поехал в редакцию сразу. На четвертом этаже на одной из дверей табличка: «Ю. А. Рыбников, зав. отделом науки». Навстречу мне поднимается человек в серой водолазке и дымчатых очках. На вид ему лет тридцать пять (позже выясняется — за сорок):

— Рыбников. Слушаю вас.

— Борисов…

Волнение мое все нарастает. Прежде мне не случалось бывать в редакциях. Все вокруг кажется мне исполненным какой-то особой значительности и таинства. Куча телефонов и селекторов на столе… Оттиски газетных страниц на стенке, на гвоздиках (насколько я понимаю — из не вышедшего еще номера). И как только я осмелился припереться сюда со своим идиотским предложением? Отвлекать занятых людей от дела…