– Почему именно его? – ревниво поинтересовался Алекс, раздобывший какое-то чудодейственное средство от простуды.

– Потому что мне надо ещё проводить маэстро, а рейсы на Ашпис уходят с первого "Пелестона".

– А-а, на Ашпис… – протянул Папалексис томно. – Это где-то на периферии…

И тут до него дошло.

– Что?! На Ашпис?! Ты рехнулся, Виктор! Привлечь к делу потомственного вампира! Торквемада не оставит от меня даже тела для погребения в семейном склепе! Нет, ты точно сошёл с ума!

– Что тебя так смущает в этом факте? – защищался Полонский. – Он же никого не трогал. Уже шестьсот лет прошло, как вампиры эмигрировали на Ашпис, всё это время они прекрасно обходились без человеческой крови. Бессмертие – просто генетическая черта их биологического вида, а не результат кровопития. Если хочешь знать, им вполне достаточно синтетических заменителей крови, на Ашписе очень развита промышленность синтеза. Продукция на все вкусы: я, например, видел у маэстро бутылку с этикеткой "Кровь младенца с Ангиона"…

– Хватит с меня подробностей! – взвыл старший. – Если ты такой умный, скажи лучше, как мне теперь строить свой отчёт!

– Очень просто, – легкомысленно отозвался детектив. – Напиши, что всё это – самоуправство со стороны свободного криминалиста Полонского… Ладно, мне пора – нужно ещё заскочить в гостиницу за маэстро Жоржем.

Рейсов на Ашпис было всего два. Несмотря на шестьсот лет синтетического вегетарианства, вампиры так и не смогли прослыть безобидными добродушными существами. Маэстро Жорж зарегистрировал билет и махнул рукой в сторону зала ожидания для гуманоидов.

– У нас ещё есть двадцать минут. Присядем, я должен вам кое-что сказать.

Народу в зале хватало, правда большинство гуманоидов набились в кабины для фторо- и гелиодышащих, и весь кислород оказался в распоряжении Полонского с маэстро и кочующего по звёздным системам пёстрого племени таукитян.