— Слушаю.

— Пробурили три шахты, но резко потеплело, и в двух обрушились стены. Потом приехали спецы из эмчеэс и запретили продолжать поиски до следующей осени. Я чувствую себя выжатым как лимон. Сил никаких.

— Естественно. Тебе надо обязательно сходить в поликлинику.

Раньше она бы сказала: «Хочешь, я приеду к тебе и побуду с тобой?» Сейчас же старательно показывала, как холод безразличия сковывает ее душу. Голос выдержанный, ровный, в нем сквозит насмешка. Нет, не насмешка, скорее, презрение. Но ведь я не слепой, я вижу ее насквозь, я знаю, что она очень соскучилась по мне.

Я положил трубку и выпил коньяк. Может, в самом деле, сходить к психиатру? Трубка вдруг пронзительно запищала в моих руках. Глянул на дисплей, где высветился номер. Опять Ирина! Не дай Бог скажет: «Хочешь, я приеду к тебе и побуду с тобой? »

— Я совсем забыла, — произнесла она тем же подчеркнуто холодным тоном — значит, можно вздохнуть с облегчением, она вовсе не собирается приехать, — звонил какой-то мужчина, спрашивал тебя..

Мурашки по коже от такого голоса! Словно электронная подсказка в боевых самолетах: «Убери шасси!», «Аварийный остаток топлива!» Раньше Ирина говорила со мной другим голосом. Ей запросто можно было работать на киностудии и озвучивать красавиц в постельных сценах. Мне все время казалось, что Ирина нарочно разговаривает со мной неким особым, волнующим тоном, разбавляя слова томным дыханием, делая головокружительные паузы между фразами. О, именно эти паузы впечатляли меня больше всего! Это ж надо уметь так молчать!

— И что этому мужчине надо было? — спросил я, пытаясь догадаться, зачем она мне позвонила.

— Он не сказал, но очень настойчиво просил твой домашний адрес и номер мобильного телефона. Если он еще раз позвонит, дать?

— Не надо! Предложи ему свою помощь. Скажи, что ты такой же частный детектив, как и я…

— Нет, ему нужен только ты. К тому же я больше не частный детектив.