Признаюсь, что это превосходило всякие ожидания. Даже в зеркале я оценил этот невероятный вид сзади, вернее, невероятный зад. Костюм явно создали для выступления в интимном ночном клубе, рассчитывая, что на него будут смотреть с расстояния в несколько ярдов и при специальном приглушенном освещении. Я же пялился на него при ярком свете, стоя почти вплотную к девушке.

— На него и в самом деле снизошло вдохновение? — спросила Атлас.

— Снизошло что?

— Вдохновение. Смерть. Он умер?

— А-а. Да, он умер.

Я сразу же понял, что мозги у Атлас развиты куда хуже, чем тело.

— Он и казался мертвецом, но я думал, что у него такая внешность.

— Похоже, вы хорошо знали мистера Стоуна?

— С чего вы взяли?

— Сначала вы подмигнули ему, а потом, по-моему, испытали настоящий шок, увидев его на полу.

— Я была бы не меньше потрясена, увидев на полу любого другого. Например, вас. А что в этом странного?

— Ничего, но...

— Кроме того, я только-только разогрелась во время выступления. И вдруг совершенно внезапно крики, свет в зале.

«Только разогрелась? — подумал я. — Если время позволит, в этом же месяце я посмотрю оставшуюся часть выступления».

Задав еще несколько вопросов, я узнал, что ее настоящее имя Вирджиния Уоринг, но она предпочитает, чтобы ее звали Атлас.

— Это звучит так нежно и порочно, не так ли?

— Да. — Я улыбнулся. — А вы... Да, конечно, это очень красиво.

— Но это не означает, что я нежная и порочная. Я нежная, да, но вовсе не порочная. — Девушка засмеялась. — А разве не у всех нас есть потаенные желания?

— Я полагаю, мы...

Атлас сняла оранжевую помаду, краску с бровей, почти полностью удалила остатки макияжа, повернулась к зеркалу и чуть подалась вперед, протирая щеки. В этой позе Атлас была менее призывной, но все же такой чувственной, что меня неудержимо тянуло к ней. Я едва расслышал сирены. Методу тем они приближались. Значит, полиция скоро будет здесь.