Что верно, то верно — первый… Оттого и тряслись поджилки, когда, полностью экипированный, он шел в камеру перемещения. Но помимо мандража ощущался какой-то… кураж — вот верное слово! Если сделает все, как надо, и не облажается, вернется живым и невредимым, то… Ну, дальше рисовались картины почета и признания. Толпы восторженных землян, встречающих своего героя. Радостные лица, море цветов, восхитительные девушки рукоплещут и шлют воздушные поцелуи, а потом прием в Кремле, Президент с дружески-торжественной миной прикрепляет «Золотую Звезду» на грудь бравому хрононавту…

Денис не удержался и хохотнул, представляя себе все эти глупости. Шедшие рядом сотрудники Центра хроноперемещений покосились на него. Видать, подумали, что у него это нервное. Ну, так оно и было, в общем-то.

Отправляли его не прицельно, точно знали одно: куда-то на широкие просторы тогдашней Евразии. Материк ко времени отправки уже откололся от Северной Америки, таким образом, прекратив существование гигантского суперконтинента Лавразия.

Черт его знает, куда он попал на самом деле. Это было похоже и на африканские заросли, и на густые леса Азии. А может, прыжок во времени переместил его на просторы дикой Америки?

Леса и впрямь везде были сплошь хвойные, с густым изобилием цветковых кустарников и полукустарников и с редкой примесью папоротников. В этот период — средний мел — цветы по-настоящему взялись за переустройство растительного мира планеты. Запах от них стоял одурманивающий! Порою сводящий с ума райским ароматом, а порою бьющий по обонянию резким смрадом гниющих отбросов.

Картина была удивительно волнующей: девственная зелень лесов и разноцветье заросших травами равнин. Но радость от встречи с нетронутой природой омрачало наличие очень опасных и агрессивных тварей, населяющих эти места.