Белов слегка блефовал, он не мог вспомнить, когда именно была принята пресловутая конвенция, да и вообще, что именно в ней было прописано в отношении груза на судах. Он даже не мог вспомнить пока, в какие годы бороздил океан пароход «Вестрис». Но пока все шло гладко, боцман все проглотил и не поморщился.

— Сэр, — голос боцмана был уже не таким густо-басовитым и уверенным, — я полагаю, вам нужно поговорить обо всем с капитаном, мистером Вильямом Кареем.

— О’кей, Смит, ведите меня на мостик.

Боцман замялся, потом все же сказал:

— Прошу прощения, сэр, но я должен проверить грузовые трюмы… это дело не терпит отлагательства. Вы подождете меня здесь?..

Белов махнул рукой:

— Да я пройдусь с вами, боцман. Давайте вместе проверим.

Они спустились вниз, боцман включил освещение. Проверили все в первом отсеке — здесь был полный порядок, затем перешли во второй. Трюмы разделяли водонепроницаемые переборки с крепкими огнеупорными люками. Пока осматривали помещения, Белов попросил боцмана описать членов экипажа — командный состав.

— Возможно, вы знаете, сэр, — с гордостью вещал моряк, — что капитан «Вестриса» опытный судоводитель, на его счету сотни успешных рейсов на этом и других пароходах.

Затем он перечислил других офицеров, упомянув о заслугах каждого.

— Расскажите о судне, Гордон, — попросил «инспектор».

— «Вестрис» — двухвинтовой грузопассажирский пароход, сэр. Его вместимость двенадцать тысяч регистровых тонн, а длина целых сто пятьдесят метров. Это собственность английской компании «Лампорт и Холл». Но вам ведь и так это все известно, мистер Уайт, разве нет?

Белов кивнул:

— Все так, Гордон. Но я хотел услышать это от вас. Так что все сходится — мои сведения о корабле и ваши. В таком деле лишняя информация не помешает, знаете ли…