- Ух ты! А что за станция? - спросил Знахарь, разливая коньяк по пластиковым мензуркам.

Волжанин приосанился и важно ответил:

- А станция, Майкл, не простая, а наоборот, любимая народом и уважаемая правителями.

- Случайно не «Голос Америки»? - ехидно поинтересовался Знахарь.

Волжанин расхохотался и сбросил важный вид.

- Нет, не «Голос». Все проще. «Радио Петроград» - «Русский Шансон». Слышали такую?

- А как же, - уважительно ответил Знахарь, - конечно, слышал! И всегда слушаю, если попадается. Вот так не знаешь, с кем летишь, а оказывается - такой интересный человек…

- Ну, я-то не очень интересный человек, - возразил Волжанин, - я простой чиновник, а вот те, кто у нас звучат - действительно заслуживают внимания.

- Согласен, - кивнул Знахарь, - вот за это мы и выпьем.

- За что - за это? - поинтересовался Волжанин, - за простого чиновника или за настоящих артистов из народа?

- А за то и за другое, чтобы никому обидно не было, - дипломатично ответил Знахарь.

- А вы, батенька, не так просты, как может показаться с первого взгляда, - Волжанин взял с подноса мензурку с коньяком, - ну, за радиовещание!

- Ага, - согласился Знахарь, - за него, родное!

Они выпили и Волжанин, кинув в рот тонкий пластик лимона, сладострастно сморщился:

- Крррасота!

Разжевав и проглотив лимон, он достал сигареты и, озабоченно посмотрев на табло, сказал:

- Тэкс… Табло. Не горит. Значит - можно курить.

- Надеюсь, - ответил Знахарь и тоже достал сигареты, - вообще-то мы ведь бизнес-классом летим, так что курить, наверное, всяко можно.

- Согласен, - кивнул Волжанин, - да, так о чем это я?

- А о радиовещании, - подсказал Знахарь.

- Ага. Так вот - мы, руководство радиостанции, решили расширить сферу вещания. Так сказать, распространить свои коварные щупальца на восток. В Сибирь. В частности, в Томск.