Оно схватило человека сзади, за шею, и отбросило оторванную голову в сторону, словно увядший цветок. Забулькала кровь, тело содрогнулось и обмякло. Оно уложило тело на землю и пристроило голову ему между ног. «Хороший удар». — «Спасибо». Оно подняло ружье человека и изогнуло ствол под прямым углом. Потом тихо положило оружие рядом с телом и несколько минут стояло, не двигаясь и не издавая ни звука.

И вот еще три тени выскользнули из джунглей и устремились к маленькой, потрепанной временем и непогодой деревянной хижине. Стены хижины были скреплены полосами алюминия, нарезанными из каких-то старых бочек, крыша застелена кусками низкосортного клееного пластика.

Оно сорвало дверь с петель и на полную мощность включило лобовой фонарь, который вспыхнул ярче солнца. В ослепительном свете беспорядочно заметались, что-то вопя, напуганные до чертиков люди. Шесть человек. Шесть походных коек.

— Сопротивление бесполезно! — прогудело оно на испанском. — Вы — военнопленные, с вами будут обращаться согласно требованиям Женевской конвенции.

— Твою мать! — один из них схватил гранату и запустил ее в источник света. Шелест разорванной бумаги был почти не слышен — его заглушил звук, с которым тело нападавшего разорвалось на кровавые клочья. Долей секунды позже черное оно шлепнуло ладонью по бомбе — словно прихлопнуло надоедливое насекомое, — и хижину потряс взрыв. Передняя стена рухнула, людей раскидало во все стороны взрывной волной.

Черная фигура пошевелила левой рукой. Двигались только два пальца — большой и указательный, запястье проворачивалось с негромким хрустом.

«Хорошая реакция». — «Да заткнись ты!»

Три другие черные фигуры включили свои фонари, стащили с хижины крышу и развалили оставшиеся три стены.

Люди в хижине казались мертвыми — окровавленные, неподвижные. Но машины все же решили убедиться наверняка — и стали проверять тела одно за другим. И вдруг молодая женщина перекатилась в сторону и выхватила откуда-то лазерное ружье. Она успела навести оружие на того, с поврежденной рукой, и даже выстрелила — у него из груди поднялась струйка дыма. Потом тело женщины разлетелось на окровавленные ошметки.