Дверь из приемной приоткрылась и в кабинет проскользнул пышущий здоровьем толстячок. Его крупный, картофелеподобный нос хищно раздувался, в кармане распахнутого настежь бежевого плаща, наброшенного прямо на докторский халат, что-то весело побулькивало.
-- Только что военные задержали первых трех беглецов - те захватили милицейский уазик и попытались вырваться на нем из заповедника. Хорошо, что солдаты додумались опустить шлагбаум, перетянули через дорогу шипованную ленту и набросали на выезде металлических ежей. Чувствую, веселая предстоит ночь, профессор! -- азартно отрапортовал он.
Пожилой врач задумчиво глянул в темное ночное окно и кивнул:
-- Очень хорошо. Эти люди сами дают нам повод для их полной изоляции и мы, конечно же, воспользуемся этим. Надежная стена вокруг резервации уже возведена, но кое-кто из правительства до сих пор не понимает - зачем нужна именно стена?
-- Как только мы задокументируем первые изменения в организмах подопытных, этот вопрос отпадет сам по себе - кто из правительства не желает продлить себе, любимому, жизнь лет этак на сто, да еще и с полным функциональным сохранением? -- тоненько засмеялся толстячок. Он подошел к столу и торжественно водрузил на него емкость с медицинским спиртом. После этого толстячок достал из другого кармана два маленьких микстурных стаканчика, наполнил их до краев прозрачной жидкостью и, вручив один из них профессору, а второй зажав в своей одутловатой руке, приподнято произнес: -- По традиции мы выпьем за успех. За ваш успех, Петр Андреевич! И пусть горит все синим пламенем! За вас, профессор Санин!..
Глава 2
Чуть больше года спустя...
5 июля 2016 года.
Крупная серая крыса осторожно подошла к трупу рыжей лисы, лежавшему под кустом боярышника на лесной прогалине.