Впрочем, гримасы русского бизнеса непредсказуемы. В переходе, буквально в ста метрах от "Детского мира", продавали те же самые игрушки, в таких же красочных упаковках, но примерно втрое дешевле. Я принялась шарить глазами по набитым, как вагон метро в час пик, полкам торговых павильончиков. Но судьба решила надо мной сегодня посмеяться. Было все, кроме нужного... частная торговля объявила паровым локомотивам бойкот. Завалы мягких игрушек титанических форм сменяли целые дивизии крошечных и не очень солдатиков в плакатных позах, потом, неожиданно, стойка с трогательно маленькими детскими ботиночками, далее - аляповатые коробки "Нинтендо" и "Плейстейшенов". А паровозик все не попадался. Впору было вконец отчаяться.

У прилавка со знаковой вывеской "ВСЕ за 30 руб", намалеванной выцветшим фломастером, грустно переминался бомж. Ну, конечно, не бомж - это я уж так его окрестила по привычке - просто очень уж бедно он был одет. Потертый плащ, на месте пуговиц торчат обкусанные ниточки, обтрепанный воротник давно нестиранной рубашки а ля "руссиш глубинка". То ли продавец, то ли просто посторожить попросили. Прилавок был завален дешевейшим барахлом сомнительного качества - поддельные батарейки, прищепки, ершики для посуды, зеркальца, открывалки, одноразовые ручки... В общем - "Все за 30 рублей". Магазин одной цены, так сказать. Вот интересно, как понимать слово "все" - любая вещь по тридцать или ВСЕ целиком?

Впрочем, мое внимание привлекло отнюдь не барахольное изобилие. "Бомж" или, скорее всего, все-таки продавец, вертел в руках... тот самый паровозик! Именно прозрачный, так что внутри проглядываются какие-то части, а колеса - белее не бывает. Игрушка выглядела крепкой, хоть и сработана на редкость топорно, из грубой пластмассы.

- Почем? - небрежно спросила я, указывая на нее.

- Пятьдесят.

Голос у него оказался на удивление сочный. Даже жирный, ухоженный. Таким в новорусских боевиках принято обсуждать миллионные сделки. Нечто неуловимое в его тоне заставило меня осторожно переспросить...