- Планет не видно, - заметила я.

- О, вы увидите их чуть позже, когда мы установим следующие зеркальные сегменты… - Она перебила себя: - Забыла спросить: не хотите ли чаю?

- Спасибо, нет. Пока ничего не хочется. - Я прищурилась на звезду. - Думала, она окажется ярче. - Я чувствовала себя слегка разочарованной.

- О, еще будет, Клара. Для того мы и сооружаем здесь пятисоткилометровое зеркало. Пока что мы для увеличения используем гравитационную линзу соседней черной дыры - в зеркало вставлена маленькая камера. Не знаю, много ли вам известно о черных дырах, но… О, черт! - Она осеклась, видимо устыдившись собственной забывчивости. - Конечно, вам ли не знать! То есть раз вы провели в одной из них лет тридцать или сорок…

Она смотрела на меня как на человека, которому по неловкости причинила сильную боль. Обычно люди избегают при мне упоминать о черных дырах, следуя тому правилу, согласно которому в доме повешенного не говорят о веревке. Но для меня период заключения в дыре остался далеко позади. К тому же по времяисчислению черной дыры мое приключение длилось одно мгновение, сколь бы долгим ни казалось оно снаружи, так что мне эта тема не причиняет неудобств.

С другой стороны, я вовсе не собиралась обсуждать ее бог знает в который раз, так что просто сказала:

- Моя черная дыра отличалась от этой. Та светилась таким жутковатым голубым светом.

Терпл быстро оправилась и понимающе кивнула мне.

- Разумеется, излучение Черенкова. Вы, должно быть, наткнулись на так называемую сингулярность, ядро черной дыры без оболочки. Наша относится к другому типу. Вам мешает видеть ее оболочка эргосферы. Большинство черных дыр испускают сильное излучение, не собственное, а от поглощаемых ими материи и газа, но эта уже поглотила все, до чего могла дотянуться. Так или иначе… - Она помолчала, собираясь с мыслями, и снова кивнула: - Я собиралась рассказать вам о гравитационном увеличении. Ганс!