Тон, каким это было сказано, произвел впечатление на старика. Он тяжело вздохнул и молвил:

- Да я ничего... В долину так в долину...

А сам подумал: "Их ничем не остановишь. Упорные, черти!" И уже и сам не знал, злится на них или восхищается ими, завидует или хочет помочь. А возможно, было и то, и другое...

Ночь прошла беспокойно. Вокруг звенели комары и мошкара. Правда, они не могли жалить - мешали сетка и мазь, но даже слушать их нарастающий звон было неприятно. Где-то кричала птица, булькал болотный газ... И вдобавок ко всему дед Трофим что-то шептал себе под нос, может быть, молясь, а может быть, кляня на чем свет стоит упрямых ученых, которые и сами идут на гибель, и стариков тащат за собой.

На рассвете они продолжали путь. Теперь лицо деда Трофима словно застыло в одном выражении - оно было угрюмым, неприязненным, как бы говоря: ничего хорошего из этой затеи не выйдет! Зато Виталий Сергеевич был спокоен. Он видел: старик больше не будет обманывать, он ведет их к долине.

Вдруг дед Трофим резко остановился и протянул руку вперед:

- Смотрите!

Ученые увидели вдали странный лес среди болот - сплошную стену, которая обрывалась так же внезапно, как и начиналась. Она была сизой и поблескивала на солнце, как сталь.

- Это там, - сказал старик, и ученые поняли, что он имел в виду.

- Ну, а вы, дед Трофим? Останетесь здесь или пойдете с нами дальше? спросил Виталий Сергеевич. - Весь грех мы возьмем на себя, вы же действовали не по своей воле.

- Вам даже зачтется, что пытались отговорить нас, - иронически произнес Толя.

Старик зло взглянул на него и потупился. "Они думают, что все знают, что могут и в душу залезть", - подумал он и сказал: - Делать нечего, придется идти. А то, гляди, сами и не дойдете. Утонете...

Виталий Сергеевич улыбнулся. Толя подошел к старику и положил руку ему на плечо:

- А вы все-таки молодец.

Старик резко двинул плечом, сбрасывая руку, и медленно зашагал вперед.