– Но я не симпатизирую... – он продолжил, – тем, кто не платит свои долги.
– Ты имеешь в виду лейтенанта, – наугад сказал Вор.
Мамулян уставился на него.
– Я не знаю лейтенанта, – ровно произнес он. – Я знаю только картежников, таких, как я. Некоторые хороши, большинство – нет. Они все приходят сюда испытать характер, как и ты.
Он вновь взял колоду карт, и она зашевелилась в его руках, как будто карты были живыми. Пятьдесят две карты порхали в неясном свете, каждая чуть-чуть отличалась от предыдущей. Они были почти неприлично красивы, их глянцевые поверхности были самой неповрежденной вещью из тех, что попадались Вору на глаза за последние месяцы.
– Я хочу играть, – произнес он, не поддаваясь гипнотизирующим пассажам карт.
– Тогда садись, пилигрим, – сказал Мамулян, как будто вопрос и не возникал.
Почти беззвучно женщина поставила кресло сзади него. Опустившись в кресло. Вор встретил пристальный взгляд Мамуляна. Было ли в этих безрадостных глазах что-нибудь, что могло бы повредить ему? Ничего. Там не было ничего, что могло бы его испугать.
Пробормотав слова благодарности за приглашение, он расстегнул манжеты своей рубашки и, закатав рукава, приготовился.
Игра началась.
Часть вторая
ПРИЮТ
Дьявол ни в коем случае не есть то наихудшее, как это часто представляют; я скорее имел бы дело с ним, чем со многими людьми. Он соблюдает свои соглашения намного более точно, чем многие мошенники на земле. На самом деле, когда приходит время уплаты он просто приходит в самую точку, с двенадцатым ударом, получает свою душу и отправляется домой в Преисподнюю, как добрый Дьявол. Он всего лишь бизнесмен – честный и справедливый.
I