– Так уж и со свиными?

– Да нет. Не знаю, – тут же пошел на попятный Юрка. Он с силой провел ладонью по лицу, как будто пытался стереть с него липкую паутину. – Я тогда вообще плохо соображал. Морды отвратные, синюшные какие-то – это факт. Одеты странно – будто ансамбль балалаечников – в рубахи и подштанники. А вот остальное… Может, и привиделось чего спьяну, – добавил он самокритично.

– Гостей много было?

– Человек двадцать.

– Многовато для глюка, – усмехнулась я.

– Много ты понимаешь.

– Не скажи. Одного-двух зеленых человечков еще куда ни шло, но два десятка упырей в косоворотках… Слушай, может, они в масках были? Секта какая-нибудь, а? Или экстремальный туризм? А что, сейчас и в тюрьмах понарошку сидят и на крайний Север катаются.

– Ага. Туристы! А Дашка у них экскурсовод. Ты думай, что говоришь-то.

– Да я как раз думаю. Дашка обожала всякие странности. Если я права – она бы ни за что такого не упустила.

– Ну и дура, – буркнул Юрка. – Я как вспомню ее глаза, так и… Эх. – Он махнул рукой и отвернулся.

– Но ведь ее никто не обижал там, – растерянно сказала я.

– Нет. Ее и пальцем при мне не тронули.

– А жених? – спохватилась я. – Ты его разглядел?

– Не особенно. Не до того было. Но точно не из наших.

– Ну, постарайся! Хоть что-нибудь!

Юрик послушно наморщил лоб и выдал:

– Глаза помню.

– И то хорошо. Какие?

– Стеклянные.

Я вздрогнула, вспомнив стеклянный глаз, который нашла возле тела Даши в ванной. Странное совпадение. Я с новой силой принялась пытать приятеля, но он уже выдохся и лишь бессвязно мычал в ответ на все мои вопросы.

– Ладно, – сдалась я, – скажи хоть, как ты с острова выбрался?

– Обыкновенно: бородатый меня обратно отвез. Только сразу говорю: обратную дорогу совсем не помню, я к тому времени совсем отключился.

– То есть, дом этот ты в лесу не найдешь?

– Что я, идиот, еще раз туда соваться? Правильно люди говорят: гиблое место. Мне этот мужик на прощание сказал, как оно называется.