Самое интересное, что есть в этой структуре, как в воровском мире, «смотрящие», которые живут в теперешней России. Они не занимаются бизнесом и близко не подходят к каким-либо делам. Они только руководят, координируют.

Козырев рассказал мне все, о чем знал. Приходит черед исповедаться юристу. Он говорит долго и складно. Сдает мне всех, кого может. То есть всех, с кем имел дело.

Лишь через полтора часа я выключаю диктофон и закуриваю сигарету. «Глок» дважды чихает, и Козырев отправляется в мир иной.

Юрист открыл было рот, чтобы заорать, но передумал, увидев, как я засовываю пистолет спокойно за пояс. В его взгляде и ужас, и недоверие, и полнейшее желание подчиниться.

— Юрий Матвеевич! — обращаюсь к нему доверительно. — Насколько правдиво, по вашему мнению, звучало все сказанное здесь?

— Послушайте, — лепечет Полозков тяжело дыша, — не могли бы мы перейти в другую комнату?

Указываю ему на диван в другом конце гостиной.

На улице заметно светлеет. Пора мне убираться отсюда.

Полозков семенит к дивану.

— Все, что вы здесь слышали, абсолютно достоверно, — говорит он, падая на мягкое сиденье.

— Позвольте ваши документы, Юрий Матвеевич, — говорю ему подходя. Полозков поспешно вытаскивает из внутреннего кармана пиджака паспорт.

Пролистав документ, возвращаю его обратно.

— Вы сумеете объяснить дознавателю, что здесь произошло? — киваю на трупы в комнате.

Он косится в ту сторону:

— Не беспокойтесь, я знаю, что сказать, — заверяет меня юрист.

— Прекрасно. Тогда я сейчас вас покину, но учтите, связь с вами не теряется. Вы, Юрий Матвеевич, теперь работаете на меня и на нашу контору. Другими словами, вы — платный агент. Не волнуйтесь, при расчетах с вами мы будем учитывать ваши привычки, деньгами обижены не будете.