Эйнос включил, и снимок появился в воздухе над столом, спроектированный туда посредством голографа. Изображение было недостаточно четким, на нем была видна часть «Мерседеса» советника, и в центре стекло дверцы, через которое он был убит. Теперь я понимаю, что так заинтересовало Тар-Хамонта. Дыра в стекле была небольшая, почти равномерно круглой формы с оплавленными краями. Никаких трещин или хотя бы намеков на них в стекле рядом с дырой не было.

– Это было сделано лучеметом, – сказал Тар-Хамонт. – Без сомнения, это был стандартный лучемет, не комбинированный, скорее всего типа «Хельт».

Все изучали изображение – хайламец специально прервал для этого свой рассказ.

– Я согласен, – сказал я, – пуля бы такого не сделала. Значит, лучемет у землян, так?

– Это еще не вся история, – сказал Тар-Хамонт. – Вчера на меня было совершено покушение.

Эйнос выключил изображение. Все притихли и смотрели на хайламца. Покушение на наблюдателя – это действительно что-то особое, я не могу вспомнить подобных случаев, по крайней мере за время своей деятельности на Земле. Конечно, Тар-Хамонт – милиционер, да еще и агент Интерпола, но почему-то у меня ни на секунду не возникло сомнение, что речь идет о покушении на него именно как на наблюдателя.

– Убийца совершил ошибку – он решил застрелить меня, когда я был дома, в своей комнате, – хайламец говорит это так спокойно, словно покушались не на его жизнь, а на какого-то постороннего человека. – В этот раз он стрелял обычной пулей. Но дело в том, что в окнах в моей квартире стоят стекла с неравномерной плотностью. Пуля изменила направление и оцарапала мне руку. Я уже давно просчитывал варианты покушения на мою жизнь, так что сразу определил, откуда он стрелял и знал, в какую сторону ему лучше уходить. Там возле машины я его и перехватил. Он пытался еще раз застрелить меня, теперь уже в упор, но не успел.