–Нет!!! – закричал Гиль. Вскипела в нём отцовская кровь, бешенство помутило рассудок. Взревел юноша, бросился на злодея – но встала на пути его мать, что вихрем явилась и всё ж опоздала. Попятился Ирет.

–Элори?!

Расхохоталась богиня.

–Себя возомнил ты верхновною силой? – раскинула руки Элори, голову к небу подняла. – Властью богов, мне дарованной небом, тебя проклинаю я, детоубийца!

Закричал Ирет, упал на колени. Изогнулось тело его, шипы выросли из спины, удлинились челюсти, и обратился бог грома в белого дракона. Указала богиня сыну своему на чудовище.

–Убей его, Гиль!

Поднял копьё юноша и пронзил горло Ирета. Застонал дракон, окропила камни его чёрная кровь. Рухнул на скалы бог грома и, умирая, сказал Элори:

–Я погибаю, но и ты не уйдёшь без проклятия. Отныне и вечно, убивший дракона – сам станет драконом. И да будут потомки мои истреблять детей сына твоего, пока стоит Грань!

Сказав это, захрипел Ирет и подох. Но исполнилось проклятье; Гиль, рассудка лишившись от горя, обратился в дракона и с громким рычанием уполз в темноту.

Пала на колени Элори, зарыдала над потеряными сынами.

–О, как горька судьба! – простонала богиня. – О, сколь жестоко плачу я за гибель той девы!

Долго рыдала она, лёжа на камне. И слёзы её в ручейки собирались, светящейся синей водой пробегали по холодным скалам. Много дней плакала Элори.

Наконец, встала она и узрела светящееся озеро слёз у ног своих. Тогда подняла голову Элори, окинула взглядом неприступные скалы, и смех просочился сквозь тонкие губы.