Жрец издал неопределённый звук и поинтересовался:

— А ты ведь тоже светлая, разве нет?

Я так вытаращилась на него! Даже я могу определить, кто сидит передо мной — светлый или тёмный!

— Ну, знаете… меня в жизни так не оскорбляли…

Парень засуетился.

— Да я же… ну… в общем… это… не говори, никому, пожалуйста! — в конце концов взмолился он, и мне стало смешно.

— Конечно, никому не скажу, не волнуйся… тесь.

— Спасибо! Кстати, можешь "на ты". Значит, ты тёмная?

— Хрен знает. Тёмная, наверное.

— Не понял. Ладно, пренебрежем, как ты советовала. Как тебя зовут? Кто ты?

— Влада Цепеш. Или Лаки — кому как больше нравится. Смею надеяться, ты обо мне что-нибудь слышал?

— А как же, — с уважением отозвался собеседник. — Кто же о тебе не слышал!

— Польщена. А кто ты? Впрочем, можешь не отвечать…

— Да ладно! Младший жрец — учусь, видишь? Человеческое имя сказать не могу, называй меня Сартес. Хорошо, Лаки?

— Конечно. Ой, время! Пожалуй, нужно приступать.

— Пожалуй, мне тоже.

Два таких разных существа испустили такие одинаковые тяжёлые вздохи и уткнулись в книги.

Я так и не поднимала носа от фолиантов, и лишь в пол-третьего захлопнула последний, с удовольствием потянулась. Сартес сделал тот же жест. Мы посмеялись, и младший жрец спросил:

— Ты всё?

— Да, а ты?

— Тоже. Ты сейчас домой?

— Постой, а книги?

— Пренебреги, — лукаво ухмыльнулся парень. Ну, то есть это я так думаю, что ухмыльнулся.

Мы прогулялись по библиотеке, распугивая посетителей, заблудились, нашлись, снова заблудились… и тут я с ужасом уставилась на часы.

— Без пяти! Я опоздала! Кошмар, Энни меня в лягушку превратит…

— Хочешь, я тебя доставлю?

— Куда? — с подозрением поинтересовалась я у нового знакомого.