– Разумеется, – кивнул полицейский, – но только побыстрее. Мы как раз собирались ее грузить.

– Молдер, – окликнула напарника женщина. – Я поеду в больницу. Когда тебе надоест гладить эту железку, проверь документы на нее и сними нам на ночь комнаты в приличной гостинице. Потом перезвони. Когда я закончу, приеду прямо в нее.

– «Железка»! – презрительно хмыкнул вслед Скалли сержант. – В этих «железках» наши мамы зачали половину нынешних американцев. И только потому, что наши отцы вскружили им головы теми ревущими лошадками, что спрятаны под этим капотом. Я последний раз «Джи Ти» только пять лет назад видел. Да и то, похоже, эту самую.

Окружная больница графства Рокингем, город Рейдсвил, штат Северная Каролина, 21 июля 1998 г. 17:55

На этот раз Скалли повезло – в больнице имелись свои патологоанатомы, а потому ей не пришлось проводить операцию самой. Она всего лишь присутствовала при вскрытии, следя за тем, чтобы местные врачи не пропустили каких-либо признаков насильственной смерти. Именно поэтому она и смогла, увидев за стеклянной стеной прозекторской знакомый худощавый силуэт Молдера, спокойно выйти к нему в коридор.

– Глазам своим не верю, – заметила женщина, снимая перчатки. – Неужели ты смог покинуть этот кусок железа цыплячьего цвета?

– Нет, не смог, – покачал головой Молдер. – Просто его доставили сюда, на стоянку угнанных машин возле прокуратуры.

– Гостиницу нашел? За сегодняшний день не управимся. Жене погибшего и дочери пришлось дать сильное успокоительное, и раньше утра с ними поговорить не удастся. А без допроса пострадавших отчет закончить невозможно.

– А что еще тебе удалось узнать?

– Ничего особенного, – пожала плечами женщина. – Аннете Ландграф умерла от разрыва сосуда в мозжечке. Видимо, перенервничала, давление подпрыгнуло вверх, слабые стенки кровеносного русла не выдержали, снабжение обширного участка мозжечка прекратилось, и примерно в течение двух минут нервные клетки погибли.