— Так, о призраках мы, по-моему, посудачили вволю — и хватит, — нарочито бодро подхватил Харланд. — Вернемся к игре. Сэйвелсан, нечего мешкать.

— Без шара нам не обойтись, — заметил Нэр-Джонс. — Кто за ним сходит?

— Только не я, — быстро вставил Сэйвелсан. — Когда я завидел это самое… ну, что в окне… мне чуть дурно не сделалось.

Нэр-Джонс кивнул.

— А я чуть деру не дал! — с нажимом заявил он.

Харланд, глядевший на огонь, круто развернулся:

— А я хоть ничего за окном и не видел, но тоже, черт побери, готов был удрать, усвоили? Со страхом — а он словно в воздухе разлился — никак было не совладать. Но разрази меня гром, если я сейчас чего-то боюсь! — рубанул он. — Иду за шаром.

Крупные, бульдожьи черты его лица горели отчаянной решимостью.

— Я потратил на этот чертов дом чуть ли не пять тысяч фунтов и всяким спиритическим фокусам взять верх над собой не позволю! — добавил он, натягивая на себя пальто.

— Из окна все отлично видно, кроме того, что скрыто кустарником, — сказал Сэйвелсан. — Захвати с собой палку. Впрочем, если вдуматься, ты и без нее обойдешься, ставлю рикошет.

— Палка мне не нужна, — откликнулся Харланд. — Сейчас мне и сам черт не страшен, а с людьми я привык голыми руками справляться.

Нэр-Джонс снова раздвинул ставни, поднял оконную раму и высунулся наружу до пояса.

— Тут совсем невысоко. — Он перекинул было ноги через низкий подоконник, но, поколебавшись из-за бьющего в нос ночного смрада и еще чего-то трудно уловимого, спрыгнул обратно на пол. — Не стоит туда ходить, Харланд!

Харланд бросил на гостя такой взгляд, что тот смешался.

— Чего, собственно, пугаться? Чем уж так страшны призраки? — сурово вопросил он.

Нэр-Джонс, устыдившийся своей новоявленной трусости, но неспособный взять себя в руки, заикаясь, пробормотал: