«Мертвая Долина» и «Башня замка Кропфсберг» построены на местных преданиях; события в обоих случаях намеренно дистанцированы от читателя посредством «рамочного» повествования. От нас не требуется поверить или усомниться, лишь почувствовать атмосферу, встать на место героя, чьи переживания переданы с большой степенью детализации. Это тем более необычно, что автор — выдающийся архитектор и ученый — медиевист, от которого логично было бы ожидать строгости и рационализма. Стоит отметить, что Р. А. Крам создавал почти все свои архитектурные проекты в русле неоготики…

«Мистер Кершо и мистер Уилкокс» выглядит на первый взгляд как рассказ о страшном отмщении за обиду, обставленный, однако, в нарочито прозаическом духе, напоминающем о романах Диккенса (а русский читатель невольно вспомнит исполненную в несколько ином жанре гоголевскую повесть о ссоре двух Иванов), — в любом случае заглавие никак не предвещает загадочных событий, равно как и подробности финансовых дел наших героев. Впрочем, есть тут и еще один парадокс, заставляющий читателя окончательно «запутаться в уровнях реальности», — финал, отчасти открытый и упорно сопротивляющийся однозначному толкованию.

«У могилы Абдула Али» более всего напоминает этнографическую зарисовку, загадочные манипуляции одного из героев с мертвецами и мальчик-ясновидец воспринимаются как египетская экзотика, в принципе, вполне возможная. И немудрено: автор хорошо знал Египет, где провел много лет вместе с сестрой, занимавшейся археологическими раскопками. Впрочем, ни ироничные бытовые зарисовки (сама сцена на кладбище наполнена такими деталями и напрочь лишена романтического флера), ни ссылки на местные нравы и обычаи не избавляют читателя от тревожной мысли: история заканчивается вполне прозаично, но кто даст гарантию, что за этой прозой не скрываются иные, таинственные силы?