Тут Высокая Наука бессильна.

— Стервь! Мечи калачи!

Мужичок подбоченился, красуясь перед гостем.

— Вот! Как сказал, так и по-моему! Сказал, что первого встречного в дом пущу — пустил! Сказал, что будем в два горла твою стряпню жратеньки — небось не подавимся! А я бродягу еще и спать у нас уложу! Чтоб ты от злости чихала, клюква сушеная!

— Чтоб вас обоих с копну раздуло, проходимцы!

Кислей ходячей оскомины хозяйка встала у печи с ухватом наперевес. Была она тощей, в пару супругу, но ростом превосходила муженька на голову. Волчий оскал не красил хозяйку. Хотя и чувствовалось: скалить клыки ей не в новинку.

— Чтоб вам дня не дождаться! Садитесь, ироды! Ешьте мое, пейте, не впрок бы...

— Я пойду? — спросил Нихон.

— Пойдешь? — возмутился гостеприимец. — Я тебе пойду, детинушка! Поленом огрею, мало не покажется! Ты давай садись, жуй-глотай, зли эту клюкву...

Маг-великан топтался на пороге, медля идти за стол.

— Ты меня что, назло ей пригласил?

— А то! Иначе на кой ты мне надобен? Мы ее, стервь, достанем! Мы ей трухи в печенку натолкаем... Ты во сне храпишь? Не ври, храпишь, ишь каков вымахал! Ляжешь на полу, у печи. Она на печке спит, ты ей в оба уха храпи, бродяга! А я буду слушать да радоваться...

— Извини, хозяин. Не стану я у тебя ужинать.

— Сытый? Тогда выпьем! Чтоб она желчью изошла...

— И пить не стану.

— И спать?

— И спать. У вас корчма в поселке есть?

— Трактир у нас. Здоровущий!

— Вот в трактир и пойду.

— Обожди! Я с тобой! А ты, клюква, ежа тебе под подол — ты жди! Вернусь пьян-буян, драться полезу! Судя по виду хозяйки, она только об этом и мечтала.

Вечерело. С ленцой брехали собаки. Кое-где мычали коровы, ожидая дойки. Двое людей шли по поселку: большой и маленький, бродяга и местный. Свернув за угол, встретили парней-драчунов. Воевали парни тупо и бестолково. Один размахивался, кряхтел, долго думал — и бил второго куда придется. Тот размазывал кровь по лицу, икал, если удар приходился под дых, и размахивался в свой черед. За парнями наблюдала детвора.