Ребенок на его руках заснул. Майкл улыбнулся, положил его обратно и пошёл в спальню, но вскоре остановился и вновь посмотрел на сына. Своего сына.

— Ты будешь одним из хороших ребят, потому что так много плохих. Просто... помни об этом, даже если ты не будешь помнить ничего другого. Этого будет достаточно.

Лорел Такашима.

Вот оно. Одно имя. Два слова. Вот оно.

Уэллс отступил на шаг от сооружения, известного как Стена Павших. Огромный чёрный обелиск, на котором запечатлено имя каждого солдата Вооруженных Сил Земли, погибшего от рук минбарцев. Так звучала теория. Более миллиона солдат погибли в одиночестве и их имена были неизвестны. Нет, Стена хранила только тех, кто погиб ради какой-либо цели, или тех, у кого были семьи, настоявшие на включение имён.

У Такашимы не было семьи, и не минбарцы убили её, но всё равно её имя было здесь. Уэллс настоял на этом. Это было опасно, так как таким образом он связывал себя с нею, но Кларк и так уже не доверяет ему, как и Шеридан.

Ещё одна смерть. Пешка в игре, которую она никогда не могла понять. Бестер не будет, конечно, сожалеть о ней. Он ушёл. Давно. Такашима была пешкой Бестера, но в то же время Уэллс помог ему с этой идеей.

Много смертей. Слишком много смертей.

— И будет ещё больше, - пробормотал про себя Уэллс. Будет гораздо больше.

— Мы вернули нашу базу! - торжествующе объявил советник Ка'Мак. - Квадрант 37 снова наш.

Возможно, он ожидал что-нибудь, похожее на крики восторга, ликования или... нечто подобное. Но он не получил ничего.

— Мы поражены, Ка'Мак, - ответила советник На'Тот с выражением крайней скуки на лице. - Мы получили то, что потеряли. Скажите мне... не является ли эта война ещё более бессмысленной, чем предыдущая?